Через два месяца после окончания школы я оказался студентом Политехнического института. Зачем мне это нужно, стало непонятным уже через три года. А пока — почти весь наш класс просто перекочевал в соседнее здание. Еще и стипендия полагалась.

Стипендия была небольшая — 40 рублей. Однажды мы с другом любезно согласились отнести стипендию заболевшей однокурснице. Но донесли только до ресторана. Взяли горячее. От салатов пришлось отказаться, что позволило заказать 2х100 коньяка. Кстати, друг потом на этой однокурснице женился. Хотя я бы так не переживал из-за сорока рублей.

Стипендию повышали вслед за инфляцией. На нее всегда можно было купить ровно одну бутылку коньяка. Мы пытались подрабатывать, разгружали вагоны, но разбогатеть все равно не удавалось. И тогда мы с приятелем решили стать спекулянтами.

Заняв 40 долларов у знакомой, мы отстояли огромную очередь и купили ящик портвейна. Встали около метро и принялись спекулировать.

Две бутылки пришлось отдать милиции. Еще две — местным хулиганам. Две бутылки мы выпили — первую от холода, вторую от расстройства. Продать удалось только одну — старенькой бабушке. И вдруг стало так стыдно и одиноко… Шел снег, кружились ненужные снежинки. Близился Новый год. Мы переглянулись и пошли домой допивать остатки злосчастного ящика.

А 40 долларов так и не отдали. Знакомая собралась эмигрировать в Америку — обидеть американца такой мелочью мы не могли.